Марфа Петровна Свидригайлова в романе «Преступление и наказание»

Марфа Петровна Свидригайлова является одной из второстепенных героинь романа «Преступление и наказание» Ф. М. Достоевского. Покойная жена Аркадия Свидригайлова. Бала состоятельной помещицей, которая выкупила Свидригайлова из долговой тюрьмы и женила на себе.

В романе упоминается, что она умерла от удара (инфаркта), но ходят слухи, что ее убил Свидригайлов в надежде быть с Дуней Раскольниковой.

Отношения со Свидригайловым


За 8 лет до событий описанных в романе Свидригайлов попал в Петербурге в долговую тюрьму, судя по всему, из-за шулерства. Он был должен огромные деньги, которые не мог заплатить. Влюбленная в него помещица Марфа Петровна выкупила его из тюрьмы и привезла в свое имение в провинцию:

«А все-таки посадили было меня тогда в тюрьму за долги, гречонка один нежинский. Тут и подвернулась Марфа Петровна, поторговалась и выкупила меня за тридцать тысяч сребреников. (Всего-то я семьдесят тысяч был должен). Сочетались мы с ней законным браком, и увезла она меня тотчас же к себе в деревню, как какое сокровище. Она ведь старше меня пятью годами. Очень любила. Семь лет из деревни не выезжал…»
— Часть 4, Глава I

Возраст Марфы Петровны — около 55 лет. Возраст героини прямо не указан в романе, но говорится, что она старше мужа на 5 лет (Свидригайлову было около 50-ти):

«Она ведь старше меня пятью годами.»
— Часть 4, Глава I

Хотя Свидригайлов живет с ней исключительно из-за денег, Марфа Петрова страстно любит своего мужа:

«…знаете ли, до какой степени одурманения может иногда полюбить женщина?»
— Часть 6, Глава IV

Свидригайлов, судя по всему, не только не любил Марфу Петровну, но и не считал ее привлекательной женщиной, поэтому уже в начале брака заявляет ей, что не собирается хранить ей верность:

«Дело в том, что она была значительно старше меня, кроме того, постоянно носила во рту какую-то гвоздичку. Я имел настолько свинства в душе и своего рода честности, чтоб объявить ей прямо, что совершенно верен ей быть не могу.»
— Часть 6, Глава IV

Марфа Петровна была согласна на это, но взамен Свидригайлов пообещал ей никогда ее не оставлять:

«После долгих слез состоялся между нами такого рода изустный контракт: первое, я никогда не оставлю Марфу Петровну и всегда пребуду ее мужем; второе, без ее позволения не отлучусь никуда; третье, постоянной любовницы не заведу никогда; четвертое, за это Марфа Петровна позволяет мне приглянуть иногда на сенных девушек, но не иначе как с ее секретного ведома…»
— Часть 6, Глава IV

При этом, Свидригайлов утверждал, что Марфа Петровна очень ревнивая женщина:

«Марфа Петровна была, впрочем, во всё время довольно спокойна; это была умная женщина, а следовательно, не могла же на меня смотреть иначе как на развратника и потаскуна, который серьезно полюбить не в состоянии. Но умная женщина и ревнивая женщина — два предмета разные, и вот в этом-то и беда
— Часть 6, Глава IV

«Это была женщина честная, весьма неглупая (хотя и совершенно необразованная). Представьте же себе, что эта-то самая, ревнивая и честная женщина…»
— Часть 6, Глава IV

Брак Свидригайлова и Марфы Петровны длится 7 лет:

«Я имею значительное основание предполагать, что Марфа Петровна, имевшая несчастие столь полюбить его и выкупить из долгов, восемь лет назад»
— Часть 4, Глава II. Лужин, уже после смерти Марфы Петровны

«…с Марфой Петровной семь лет безвыездно проживал…»
— Часть 4, Глава I. Свидригайлов

«В первый же день по приезде пошел я по разным этим клоакам, ну, после семи-то лет так и набросился.»
— Часть 6, Глава IV. Свидригайлов

У Марфы Петровны и Свидригайлова, судя по всему, нет общих детей. Вероятно, у героини есть дети от первого брака, которых она воспитывает в браке с Свидригайловым:

«В этом письме она самым пылким образом и с полным негодованием укоряла его именно за неблагородство поведения его относительно Марфы Петровны, поставляла ему на вид, что он отец и семьянин…»
— Часть 1, Глава III. О письме от Дуни

«Дети мои остались у тетки; они богаты, а я им лично не надобен. Да и какой я отец! Себе я взял только то, что подарила мне год назад Марфа Петровна. С меня достаточно.»
— Часть 4, Глава I

Несмотря на всю любовь к мужу, Марфа Петровна все-таки не полностью теряет голову, когда речь идет о деньгах. Так, она хранит в сейфе долговой документ по которому Свидригайлов должен 30 тысяч рублей:

«И заметьте, всю-то жизнь документ против меня, на чужое имя, в этих тридцати тысячах держала, так что задумай я в чем-нибудь взбунтоваться, — тотчас же в капкан! И сделала бы! У женщин ведь это всё вместе уживается…»
— Часть 4, Глава I

За год до своей смерти Марфа Петровна отдает мужу этот документ о долге и тем самым высвобождает его. Также женщина дарит мужу крупную сумму:

«Да и уж с год будет, как Марфа Петровна в именины мои мне и документ этот возвратила, да еще вдобавок примечательную сумму подарила.»
— Часть 4, Глава I

При этом она почти ничего не завещает Свидригайлову, передавая все свое имущество детям:

«Марфа Петровна отнюдь никогда не имела намерения что-нибудь за ним закрепить, имея в виду детей, и если и оставила ему нечто, то разве нечто самое необходимое, малостоящее, эфемерное…»
— Часть 4, Глава II

Хотя, сам Свидригайлов говорит, что Марфа Петровна легко поддается на лесть, и при желании он мог бы уговорить ее переписать на него все ее имение:

«Бедная Марфа Петровна тоже ужасно поддавалась на лесть, и если бы только я захотел, то, конечно, отписал бы все имение на себя еще при жизни.»
— Часть 6, Глава IV


Участие в «преступлениях» Свидригайлова


Ходили слухи, что Марфа Петровна помогла Свидригайлову избежать уголовной ответственности за «зверское душегубство». Лужин, который лично был заинтересован в очернении Свидригайлова, утверждал, что ему об этом поведала сама Марфа Петровна:

«Марфа Петровна… послужила ему еще и в другом отношении: единственно ее старанием и жертвами затушено было, в самом начале, уголовное дело, с примесью зверского и, так сказать, фантастического душегубства, за которое он весьма и весьма мог бы прогуляться в Сибирь. Вот каков этот человек, если хотите знать…»
— Часть 4, Глава II

«Здесь жила, да и теперь, кажется, проживает некоторая Ресслих, иностранка и сверх того мелкая процентщица, занимающаяся и другими делами. С этою-то Ресслих господин Свидригайлов находился издавна в некоторых весьма близких и таинственных отношениях. У ней жила дальняя родственница, племянница кажется, глухонемая, девочка лет пятнадцати и даже четырнадцати, которую эта Ресслих беспредельно ненавидела и каждым куском попрекала; даже бесчеловечно била. Раз она найдена была на чердаке удавившеюся. Присуждено, что от самоубийства. После обыкновенных процедур тем дело и кончилось, но впоследствии явился, однако, донос, что ребенок был… жестоко оскорблен Свидригайловым. Правда, всё это было темно, донос был от другой же немки, отъявленной женщины и не имевшей доверия; наконец, в сущности, и доноса не было, благодаря стараниям и деньгам Марфы Петровны; всё ограничилось слухом.»
— Часть 4, Глава II


Конфликт с Дуней Раскольниковой


Свидригайлов влюбляется в Дуню, когда та работает гувернанткой в его доме. Будучи женат на Марфе Петровне, он предлагает ей бежать с ним, но девушка отказывается:

«Представь себе, что этот сумасброд давно уже возымел к Дуне страсть, но всё скрывал это под видом грубости и презрения к ней. Может быть, он и сам стыдился и приходил в ужас, видя себя уже в летах и отцом семейства, при таких легкомысленных надеждах, а потому и злился невольно на Дуню. А может быть, и то, что он грубостию своего обращения и насмешками хотел только прикрыть от других всю истину. Но наконец не удержался и осмелился сделать Дуне явное и гнусное предложение, обещая ей разные награды и сверх того бросить всё и уехать с нею в другую деревню или, пожалуй, за границу.»
— Часть 1, Глава III. Из письма матери Раскольникову

Застав мужа с молодой гувернанткой в саду Марфа Петровна прогоняет Дуню прочь и распускает о ней сплетни на весь город:

«Марфа Петровна даже ударила Дуню, не хотела ничего слушать, а сама целый час кричала и, наконец, приказала тотчас же отвезти Дуню ко мне в город, на простой крестьянской телеге, в которую сбросили все ее вещи, белье, платья, всё как случилось, неувязанное и неуложенное. А тут поднялся проливной дождь, и Дуня, оскорбленная и опозоренная, должна была проехать с мужиком целых семнадцать верст в некрытой телеге.»
— Часть 1, Глава III

«…Марфа Петровна, которая успела обвинить и загрязнить Дуню во всех домах.»
— Часть 1, Глава III

Вскоре Свидригайлов признается жене, что Дуня ни в чем не виновата и что он сам ее добивался. Марфа Петровна тут же просит у Дуни прощения и снова объезжает весь город, чтобы восстановить репутацию Дуни:

«…приехала к нам, рассказала нам всё, горько плакала и, в полном раскаянии, обнимала и умоляла Дуню простить ее.»
— Часть 1, Глава III

«…отправилась по всем домам в городе и везде, в самых лестных для Дунечки выражениях, проливая слезы, восстановила ее невинность и благородство ее чувств и поведения… ей пришлось несколько дней сряду объезжать всех в городе…»
— Часть 1, Глава III

После этого Марфа Петровна вызывает из Петербурга своего дальнего родственника, скользкого типа Лужина, и знакомит его с Дуней. Марфа Петровна так спешит выдать Дуню замуж, вероятно, не столько ради счастья девушки, сколько из мести Свидригайлову и ревности к Дуне. В итоге Дуня становится невестой Лужина и вместе с матерью переезжает в Петербург.

Любопытно, что Марфа Петровна упоминает Дуню в своем завещании, назначив ей наследство огромную сумму — 3000 рублей:

«...в завещании Марфы Петровны она упомянута в трех тысячах...Марфа Петровна распорядилась за неделю до смерти, и при мне дело было. Недели через две-три Авдотья Романовна может и деньги получить.»
— Часть 4, Глава I


Смерть Марфы Петровны


Вскоре после случая с Дуней, Марфа Петровна умирает от инсульта, но многие знакомые Марфы Петровны считают ее смерть странной и подозревают Свидригайлова в убийстве. Причастен ли он к смерти жены или нет — в романе об этом прямо не говорится:

«…у них там ключ холодный есть, и она купалась в нем регулярно каждый день, и как только вошла в воду, вдруг с ней удар!»
— Часть 6, Глава IV

По мнению Дуни, именно Свидригайлов отравил ядом свою жену Марфу Петровну, чтобы избавиться от нее навсегда:

— А вы твердо уверены, что я Марфу Петровну отравил?
— Ты! Ты мне сам намекал; ты мне говорил об яде… я знаю, ты за ним ездил… у тебя было готово… Это непременно ты… подлец!
— Если бы даже это была и правда, так из-за тебя же… все-таки ты же была бы причиной.
— Часть 6, Глава V

В виновности Свидригайлова уверенна и мать Дуни, Пульхерия Александровна, знающая его лишь понаслышке:

«…этот ужасный человек, кажется, и был причиной ее смерти. Говорят, он ее ужасно избил!..»
— Часть 3, Глава III

Сам же Свидригайлов отрицает свою причастность к гибели жены, и лишь задумывался не довел ли он ее до этого своим отношением:

«То есть не подумайте, чтоб я опасался чего-нибудь там этакого: всё это произведено было в совершенном порядке и в полной точности: медицинское следствие обнаружило апоплексию, происшедшую от купания сейчас после плотного обеда, с выпитою чуть не бутылкой вина, да и ничего другого и обнаружить оно не могло… Нет-с, я вот что про себя думал некоторое время, вот особенно в дороге, в вагоне сидя: не способствовал ли я всему этому… несчастью, как-нибудь там раздражением нравственно или чем-нибудь в этом роде? Но заключил, что и этого положительно быть не могло.»
— Часть 4, Глава I

При этом, согласно завещанию Марфы Петровны, Свидригайлов почти ничего не получал в наследство:

«Себе я взял только то, что подарила мне год назад Марфа Петровна. С меня достаточно…»
— Часть 4, Глава I

После смерти Марфы Петровны господин Свидригайлов начинает видеть ее призрак и постепенно сходит с ума:

Марфа Петровна посещать изволит, — проговорил он, скривя рот в какую-то странную улыбку.
— Как это посещать изволит?
— Да уж три раза приходила. Впервой я ее увидел в самый день похорон, час спустя после кладбища. Это было накануне моего отъезда сюда. Второй раз третьего дня, в дороге, на рассвете, на станции Малой Вишере; а в третий раз, два часа тому назад, на квартире, где я стою, в комнате; я был один.
— Часть 4, Глава I


Прототипы


В образе Марфы Петровны имеются отдельные штрихи, сближающие её с Марией Дмитриевной Достоевской — первой женой Фёдора Михайловича Достоевского. Например, привычка жены Свидригайлова настойчиво напоминать ему о необходимости завести часы имеет нечто общее со страстью первой жены Достоевского, самолично заводившей настенные часы до упора, до разрыва пружины…

Существует мнение, что имя Марфы Петровны восходит к евангельской Марфе, и тогда стоит вспомнить, что у Марфы есть сестра по имени Мария. Иисус Христос, остановившись в доме Марфы и заметив разительную разницу между сёстрами в отношении к жизни, сказал:

«Марфа! Марфа! ты заботишься и суетишься о многом, а одно только нужно. Мария же избрала благую часть, которая не отнимется у неё»
— Ев. от Луки, гл. 10, ст. 41—42.

По всей видимости, создавая образ Марфы Петровны, Достоевский вспоминал свою первую жену, и как бы соединил их именами родных евангельских сестёр, подчеркнув именно именем Марфа как раз то, что не нравилось ему в реальной Марии Дмитриевне — её «забота и суета о многом» в ущерб «благой части».

2021 © TheOcrat Quotes (Теократ) - мудрость человечества в лаконичных цитатах и афоризмах
Использование материалов сайта допускается при указании ссылки на источник.
Цитаты