Ницше, внешняя сторона жизни которого была более чем однообразна, доказывает, что мысль, работающая в одиночестве, сама по себе страшное приключение.
Дочь горшечника Дибутада увидела на стене тень своего возлюбленного и обвела его профиль кинжалом. Благодаря этому рисунку ее отец изобрел стиль росписи, украшающей греческие вазы. В основе всех вещей лежит любовь.
Время идёт медленно, когда за ним следишь. Оно чувствует слежку. Но оно пользуется нашей рассеянностью. Возможно даже, что существует два времени: то, за которым мы следим, и то, которое нас преобразует.
Мы готовы стать преступниками, чтобы миром наконец стали править невинные.
Всякий революционер кончает как палач или как еретик.
Важен не закон, а наказание.
Всякое свершение обрекает на рабство. Оно обязывает к более высоким свершениям.
Высшая добродетель заключается в том, чтобы задушить свои страсти. Добродетель более глубокая заключается в том, чтобы привести их в равновесие.
Философии значат столько, сколько значат философы. Чем больше величия в человеке, тем больше истины в его философии.
Быть счастливым не стыдно.
Всегда наступает минута, когда люди перестают сражаться и разрывать друг друга на части и в конце концов соглашаются любить друг друга такими, каковы они есть. Это Царство Небесное.
Не ждите Страшного суда: он уже происходит и происходит каждый день.
Я не люблю чужих секретов. Но мне интересны чужие признания.
Я люблю все или не люблю ничего. Значит, я не люблю ничего.
Писатель обречен на понимание. Он не может стать убийцей.
Самый удобный способ познакомиться с городом — это попытаться узнать, как здесь работают, как здесь любят и как здесь умирают.
Очень уж утомительна жалость, когда жалость бесполезна
Стыдно быть счастливым одному.
Ложь — это то, к чему все мы ежедневно прибегаем с целью облегчить себе жизнь.
Разве есть на свете хоть что-нибудь, ради чего можно отказаться от того, что любишь?
Человек никогда не бывает лицемером в своих удовольствиях.
С возрастом каждый приобретает тот облик, какого заслуживает.
Легкое отвращение перед будущим, что зовется тревогой.
Единственное, что мне важно — это быть человеком.
