Одна из основ всякой диктатуры: какими бы глупыми ни были приказы начальства, подчинённые достаточно умны, чтобы им не перечить.
В истории всё возможно и ничего не необходимо.
В истории действует два закона: закон больших чисел и закон больших людей.
Стихийное начало не предшествует авторитаризму, они возникают одновременно. Но стихия быстро стихает, а авторитаризм перерастает в тоталитаризм.
Демократия — одна из худших мыслимых, но лучшая из осуществимых форм правления.
При тоталитарных режимах люди разделяются на две категории: на дураков и на кажущихся дураками.
Остановить разложение можно лишь путём замораживания или мумификации.
Три последствия лжи: развращение себя; развращение тех, кто знает, что это ложь; оглупление всех остальных.
Подлинное знание чужого языка заключается не в умении переводить с него, а в сознании его непереводимости.
Все языки, как и культуры, — вариации на одни и те же темы. Поэтому они взаимопереводимы, но никогда до конца.
Мысль изречённая есть ложь, ибо мысль не может быть исчерпана ни одним словом, ни фразой, ни целым текстом.
Наличие случайности в мире не случайно, наличие необходимости – не необходимо.
Святость так же присуща человеку, как и разврат. И в том и в другом случае приходится преодолевать определённую сторону своего существа.
Демократия аристократична, ибо именно свобода для всех создаёт наилучшие условия для полного развития немногих.
Идеология хочет быть одновременно и наукой, и философией, и религией, и практическим руководством. Но она слишком предвзята, чтобы быть наукой, слишком произвольна, чтобы быть философией, слишком ограничена, чтобы быть религией, и слишком догматична и априорна, чтобы быть практическим руководством.
Невозможно убедить человека в том, что 2 х 2 = 5, или что чёрное – белое, но можно убедить его в том, что зло есть добро. Поэтому основой этики может быть лишь чувство, не нуждающееся в доказательствах.
В старости мысль о смерти освобождает от многих беспокойств
Специализация наук и небывалое наращивание информации делают дилетантизм необходимым для развития культуры как целого.
Тот, кто ищет в философии готовых ответов, тот их в ней не найдёт; но тот, кто сам займётся выработкой таких ответов, убедится в том, что уже до него сделано немало.
Когда-то людей обезличивали неизменные традиции, теперь изменчивая мода.
1 2
