Ненависть — столь длительное и неискоренимое чувство, что самый верный признак близкой смерти больного — это примирение его с недругом.
Одна из примет посредственности ума есть желание постоянно рассказывать.
Льстец равно невысокого мнения и о себе, и о других.
Льстец — это ревнивый и завистливый ум, которому, по-видимому, доставляет удовольствие ваше возвышение, но которого на самом деле терзает ваше благосостояние.
Только люди с низменной душой могут рассыпаться в похвалах тем, о ком до их возвышения отзывались пренебрежительно.
Что такое льстец? Это гибкий и снисходительный ум, который раболепно улыбается при каждом вашем взгляде, вскрикивает при каждом вашем слове и рукоплещет всем вашим действиям.
За усердное исполнение своего долга благородный человек вознаграждает себя удовлетворением, которое он при этом испытывает, и не заботится о похвалах, почете и признательности, в которых ему подчас отказывают.
По-настоящему трудно дается нам лишь одно — исполнение долга, ибо оно предполагает такие поступки, которые мы все равно вынуждены совершить, хотя они не приносят нам одобрения — единственного, что толкает нас на похвальные дела и поддерживает в наших начинаниях.
Бывают странные отцы, до самой смерти занятые лишь одним: дать детям основания не слишком скорбеть о ней.
Говоря по человеческим понятиям, смерть имеет одну и хорошую сторону: она полагает конец старости. Смерть, предупреждающая дряхлость, является более кстати, чем смерть оканчивающая собою дряхлость.
Если бы нам был дан выбор: умереть или жить вечно, никто бы не знал, на что решиться. Природа избавляет нас от необходимости выбирать, делая смерть неизбежной.
Если бы одни из нас умирали, а другие нет, умирать было бы крайне досадно.
Кончина наступает однажды, а ждем мы ее всю жизнь: боязнь смерти мучительней, чем сама смерть.
Тревога, страх, уныние не избавляют от смерти, а, напротив, ускоряют ее; тем не менее я полагаю, что излишняя веселость тоже не к лицу людям, поскольку они смертны.
То, что людям известно о смерти, немножко смягчается для них тем, чего они не знают о ней; неопределенность времени прихода её несколько походит на бесконечность.
По любви к жизни нам старость желанна; от страха же смерти нам старость страшна.
Кто идёт медленно и неспеша, тому не длинна никакая дорога.
Критика — это порою не столько наука, сколько ремесло, требующее скорее выносливости, чем ума, прилежания, чем способностей, привычки, чем одаренности.
Мы так любим критиковать, что теряем способность глубоко чувствовать поистине прекрасные творения.
Если человек помог тому, кого он любил, то ни при каких обстоятельствах он не должен вспоминать потом о своем благодеянии.
Лучше стать жертвой неблагодарности, чем отказать в помощи несчастному.
Ключ к сердцу человека — сочувствие страстям, поглощающим его душу, или сострадание к недугам, снедающим его тело.
Заслуга одних состоит в том, что они слишком много пишут, заслуга же других в том, что не пишут вовсе.
Под насмешкой прячется иногда духовная нищета.
